«Надо искать в них душу»

107
24.03.2017
3

Дети-сироты с синдромом Дауна, ДЦП, тяжелыми нарушениями психики живут в Ояшинском интернате в часе езды от Новосибирска. Меньше года назад в одной из групп начался эксперимент, призванный изменить жизнь маленьких воспитанниц к лучшему. Девочки почти перестали бездумно раскачиваться на месте и научились играть в куклы — почему этот результат можно считать грандиозным и что будет дальше, узнала Тайга.инфо.

Летом 2016 года в Ояшинском интернате для детей с особенностями ментального развития в порядке эксперимента запустили проект «Как дома». Продвижением «семейной» модели внутреннего устройства детских домов в Новосибирской области традиционно занимался фонд «Солнечный город» (при поддержке министерства социального развития). В обычных детских домах и домах ребенка новые идеи уважения к личности воспитанников в целом находили понимание персонала и руководства.

Но получится ли внедрить эту же концепцию «заботы с уважением» в Ояше, где живут дети с синдромом Дауна, с различными формами умственной отсталости, аутизма, ДЦП и другими ментальными особенностями, на старте не были уверены ни директор интерната, ни директор «Солнечного города». Очень сложно проповедовать уважение к личности, если за диагнозом не видишь личность. Меньше года спустя команда, работающая с экспериментальной группой девочек, несмотря на все опасения, представила коллегам по интернату потрясающие, как говорят специалисты, результаты.

«Я такой, как обо мне заботятся»

«Что мы с вами делали, пока не создали эту группу? Мы с вами осуществляли медицинский уход, социально-бытовые услуги, давали образование, реабилитационные процедуры, — открыла конференцию для специалистов директор Ояшинского интерната Любовь Присмакина. — Отношение было нормальным, заботливым, мы все делали, но немножко… не по-семейному. Дети как бы общественные были. А теперь мы должны работать только в интересах ребенка, соблюдать принципы нравственного, психологического развития. И нужно было персонал обучить относиться к детям по-новому — мы сократили количество детей в группах, а в остальном не знали, с чего начать».

В экспериментальную команду Ояша вошли врачи, психологи, педагоги, которым, по словам Присмакиной, помогли преодолеть растерянность специалисты, приглашенные «Солнечным городом», в том числе из тех учреждений, где проект «Как дома» был уже запущен.

Супервизор проекта Татьяна Дубакина, имеющая опыт модернизации в Доме ребенка №2, рассказала, как важно уделять внимание личности в повседневных и режимных моментах — при кормлении, купании, проведении гигиенических процедур. На примерах с картинками она обратила внимание коллег, как отрешенно выглядит ребенок, которого каждый день кормят с ложки, а он не является активным участником этого процесса — просто сидит, открыв рот. На его лице, отметила Дубакина, полная безысходность, безразличие и притупленное страдание, что в целом является обычной картиной в интернатах для умственно-отсталых детей. При этом даже самые рутинные действия можно и нужно делать эмоционально значимыми для детей. «Через эти ежедневные повторяющиеся действия ребенок познает себя: я такой, как обо мне заботятся», — подчеркнула Дубакина.

Прошедшие обучение взрослые не только в теории, но и на практике приблизились к детям — они буквально сели на пол, то есть стали общаться с детьми на том уровне, где им удобнее, вне зависимости от диагнозов. «Улучшилось психическое здоровье детей — они стали справляться с эмоциями, они расслаблены, им хорошо, и они могут позволить себе быть настоящими. Чья заслуга? Персонала. Молодцы! Дети должны получить счастливое детство — бегать, радоваться, кувыркаться, наряжаться — и это возможно», — заверила Дубакина.

«Если ребенок испытывает боль, его сердце черствеет»

Эксперт проекта «Наука правильной заботы» Эльвира Савинова убеждала коллег, что нужно не просто кормить и ухаживать за детьми, а становиться им близким человеком — «таким, какой и нам самим нужен». Только когда есть близкий взрослый и привязанность, ребенок чувствует себя в безопасности и начинает развиваться.

«Вы видите Наташу, теперь она смотрит на нас, как королева, — показала Савинова фотографию одной из воспитанниц экспериментальной группы, которая раньше почти не контактировала с другими людьми. — Почему? Потому что базовый уровень безопасности стал удовлетворяться. „Мне здесь хорошо, я могу здесь самовыражаться, а значит могу идти дальше, могу быть хозяйкой положения“. А когда ребенок ощущает поддержку и помощь, он хочет познавать и начинает учиться. Если ребенок постоянно испытывает эмоциональную боль, которую мы причиняем ему не обязательно насилием, а простым пренебрежением, то его сердце черствеет, и очень трудно вернуть его привязанность. А только если ребенок привязан, у него возникает чувство безопасности. Если есть безопасность, ребенок хочет узнавать мир, хочет движения».

Врач-психиатр Елена Попова рассказала, что к ребенку с ограниченными возможностями нельзя относиться как к объекту ухода — он должен чувствовать себя действующим лицом собственной жизни: «Уход должен быть стимулирующим, то есть надо давать ребенку возможность действовать самому, развивать у него компенсаторные возможности, приобретать опыт».

Иными словами, ценность для команды специалистов представляет собственная активность ребенка, его взаимодействие с другими детьми. Эти обычные для здоровых мальчиков и девочек свойства зачастую совершенно не проявляются у детей с задержкой развития — они не играют, потому что не умеют, а в свободное время, пытаясь заглушить страдания, занимаются самостимуляцией — например, раскачиваются или бесконечно теребят один и тот же предмет. Так и ведут себя дети из других групп, которых проект «Как дома» еще не затронул.

«Задержка умственного развития подразумевает, что человеку сложно создать собственные представления об окружающем мире, — добавила психиатр. — Наша поддержка и помощь должны быть направлены на то, чтобы мир стал понятным и доступным для детей. Если не понимаешь, что происходит вокруг, то невозможно чувствовать себя уверенным».

«Общественные дети» уходят на «Семейный час»

Старший воспитатель Татьяна Матанцева рассказала о новой структурной единице в режиме работы группы, которая называется «Семейный час» — в это время дети буквально уединяются с воспитателями от других взрослых, от процедур и мероприятий, никто из сотрудников учреждения их не отвлекает и не беспокоит.

«Наступает момент, когда взрослый находится на уровне глаз ребенка, на полу вместе с ним, наблюдает и помогает ребенку быть активным в игровых действиях, направляет его, — пояснила Матанцева. — В этом взаимодействии взрослый эмоционально и физически доступен ребенку. У него появилось время побыть со взрослым рядом, прижаться к нему и просто посидеть с ним».

Ежедневный «Семейный час» привел к позитивным изменениям в поведении детей, которые стали более психоэмоционально благополучными, стали ждать теплых и доверительных отношений с близким взрослым, получили возможность выбирать себе занятие по интересу, время и место игры. У воспитателей же появилось время для поддержки особо близких отношений с ребенком и шанс стать для них значимым взрослым.

Наконец, супервизор проекта Татьяна Дубакина представила статистику по самостимуляции —самому заметному признаку депривации у сирот с нарушением психического развития. Контрольным параметром было количество моментов самостимуляции (раскачивание, манипулирование предметом, хаотичное перемещение по комнате) на пять минут времени.

«Вот Эля. Раскачивание за пять минут в сентябре на начало эксперимента — четыре момента по четыре минуты, к февралю — только два момента длительностью одна минута. Это победа! —радостно заявила супервизор. — Чем занято время, которое высвободилось от самостимуляции —игрой, собственной активностью. Она так много теперь умеет, она научилась сама себя занимать! И так по каждому ребенку».

«Самая тяжелая в группе» девочка Наташа до начала проекта могла все 5 контрольных минут хаотично перемещаться в пространстве, крича и размахивая руками, не переключаясь ни на что. «Теперь Наташа сама требует общения, она берет взрослого за руку и показывает ему, чего она хочет. Это говорит о том, что мы иногда недооцениваем ресурсы ребенка и мало им занимаемся, а ресурс огромный. Ее диагноз сложный, но мы получили такие впечатляющие результаты!» —рассказала Дубакина про Наташу.

Самостимуляция — самое сложное, что нужно было преодолеть коллективу или хотя бы уменьшить, и, по словам супервизора, у команды получилось. Девочки, которые еще полгода назад совершенно не умели играть и обслуживать себя, теперь переодевают кукол, кормят их и укладывают спать, способны долгое время заниматься своими делами, заправлять постели и сервировать столы.

«Лица, лица все показывают! Надо искать душу ребенка, и тогда получишь обратную связь», —завершила Дубакина. По словам инициаторов и участников проекта, они хотят распространить его и на другие группы.

Текст: Маргарита Логинова
Фото: Вера Сальницкая

Рассказать друзьям
Напишите нам!